В подземном городе, уходящем на сотни метров вглубь земли, остатки человечества ведут свою размеренную жизнь. Четырнадцать десятков уровней, вырубленных в скальной породе, стали домом для последних десяти тысяч. Здесь царят свои законы, передаваемые из поколения в поколение. Самый важный из них — дверь наверх должна оставаться навсегда запечатанной.
Снаружи, как всем известно, царит полная гибель. Воздух пропитан смертельными ядами, земля бесплодна, небо затянуто вечной пеленой. Единственным окном в тот забытый мир служат гигантские панели, развешанные в общественных зонах. На них день за днём, год за годом, мелькают одни и те же кадры: пустынные равнины, покрытые пеплом, руины древних строений, бездвижное свинцовое небо. Эта картина не меняется никогда.
Жители давно смирились. Они трудятся в машинных залах, поддерживая работу систем очистки и энергоснабжения. Воспитывают детей в учебных классах, где главным предметом является история Великого Запечатывания. Общаются в просторных атриумах, где искусственные сады дают иллюзию зелени. Никто не задаёт лишних вопросов. Зачем? Всё уже известно. Мир погиб, а они — его хранители, последний оплот в вечной тьме под камнем.
Но даже в самой отлаженной системе иногда возникает сбой. На экранах, показывающих внешний мир, изредка проскальзывает едва заметная аномалия. На мгновение тень кажется иной, или движение пыли на ветру выглядит слишком упорядоченным. Большинство не замечает этого, отводя взгляд. Некоторые же, самые внимательные, замирают, вглядываясь. В их умах, воспитанных на догмах, рождается тихий, крамольный вопрос. А что, если серый пейзаж — всего лишь запись? Что, если где-то там, за бронированной дверью, мир вовсе не мёртв?
Эти мысли опасны. Их не произносят вслух. Их гонят прочь, как кошмар после пробуждения. Ведь порядок в бункере держится на всеобщем согласии. Вера в отравленность внешнего мира — краеугольный камень их реальности. Без неё рухнет всё: иерархия, смысл труда, сама причина их изолированного существования. Поэтому все молчаливо делают вид, что верят картинке на экране. Гораздо спокойнее принять серую статичную пустоту, чем усомниться и попытаться найти за ней что-то ещё. Так и живут, этаж за этажом, в своём огромном, безопасном, вечном убежище от мира, которого, возможно, больше нет. Или который, быть может, ждёт их всё это время.
